8 февраля – память благоверного Давида IV Строителя, царя Иверии и Абхазии.

Проповедь архимандрита Иосифа (Еременко)

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

Святой благоверный царь Иверии и Абхазии Давид IV Строитель из династии Багратиони, память которого широко и радостно празднует сегодня Грузия, а вместе с ней и весь православный мир, был семьдесят вторым прямым потомком святого царя и псалмопевца Давида и среди прочих предков имел Клеопу, брата праведного Иосифа Обручника.

Под величественными сводами собора Баграта в Кутаиси, одного из самых больших и красивых в Грузии, в 1089 году царь Грузии Георгий II собственноручно возложил на своего шестнадцатилетнего сына Давида царскую корону.

Это позже – в конце ХIII века – Грузинская Церковь причислит царя Давида IV Багратиони к лику святых.

Это позже народ назовет его Строителем, по-грузински Агмашенебели. Само прозвание это говорит о том, как велика заслуга этого человека перед страной. Деяния его таковы, что превышают деяния других, превышают многое и позволяют считать его одним из лучших сыновей своего народа. Народ так просто не раздает имен и титулов. Такое имя указывает на совершенно особые заслуги, которыми обладатель данного имени отличается от всех остальных, оставив неизгладимый след в жизни и долгой истории народа.

Пока же у ног юного царя лежала разрушенная, почти исчезающая страна.

Печальное зрелище представляла собой Грузия в 80-е годы XI века.

Как свидетельствует летописец, в то время турки «опустошили землю и уничтожили всех, если кто остался где-либо в лесах, скалах, пещерах и подземных убежищах.

И то была первая и великая туретчина.

Если же кто и оставался в горах или же в крепостях, также погиб от жестокой зимы, отсутствия крова и от голода.

И не прекращались подобные бедствия христиан, так как с наступлением весеннего времени приходили турки и совершали свои дела, подобные творимым ими и ранее, зимой же они покидали эти места. Не было в те времена ни сева, ни жатвы; разорена была земля и зарастала лесом, а вместо людей заселили ее дикие звери и твари полевые.

И было бедствие нестерпимое для всех живущих на земле, не имеющее себе подобного, превосходящее все несчастья, когда-либо пережитые ими, да и те, о которых когда-либо слышали. Ибо святые церкви превратили они в стойла для своих коней, алтари же Божии – в места для своих нечистот. Некоторые священники были сами принесены в жертву мечем там же, во время вознесения Святой Жертвы, и кровь их смешалась с Кровью Господней; некоторые же были преданы тяжкому плену.

Старцев не щадили, дев оскверняли, юношей оскопляли, младенцев похищали.

Много было подобного и еще более тяжелого».

К этому добавились землетрясения столь сильные, что «высокие горы и твердые скалы обратились в прах, города и села разрушились, церкви рухнули, дома были поглощены землей и, обрушившись, стали могилой для их обитателей».

Эти землетрясения продолжались в течение года. Люди со страхом засыпали в ожидании ужасов, чтобы проснуться и провести день в том же неопределенном страхе ожидания…

Когда, казалось бы, приближался конец, Господь не дал народу грузинскому погибнуть, и «начали веять дуновения жизни и стали подниматься облака спасения; после двенадцати лет, в течение которых продолжались разные бедствия, в непроглядной тьме начало восходить солнце всех царств».

Так, царь Давид Строитель, «солнце всех царств, великий именем и величайший делами», был дарован Господом стране, чтобы возродить Грузию, чтобы грузинский народ не исчез с лица земли.

За время своего 36-летнего царствования он вызвал из запустения свое царство, свеял с него пепел сожженных сел и городов и стер с лица родной земли ее бесчестие, объединил страну, реорганизовал структуры управления государством, создал регулярную армию, сделал страну независимой и сильной, изгнал из Грузинской Церкви недостойных архипастырей.

Содействовал царю Давиду святой Георгий Победоносец, покровитель Грузии, и на белом коне своем не раз являлся в пылу его битв с захватчиками, золотой своей иконой на персях Давида отражая меткие их стрелы.

Он способствовал просвещению жителей страны – основал Гелатскую и Икалтойскую академии.

Духовник и жизнеописатель великого царя преподобный Арсений Икалтойский писал: «В каком уничижении принял он царство и на какую высоту вознес? Но если кто испытует сии деяния, тот увидит, что все его мирские подвиги ничто в сравнении с духовными, как ничтожно временное в сравнении с вечным».

Святой царь щедро одаривал лавры, церкви и монастыри не только Грузии, но и Византии, Афона, Сирии, Кипра, Палестины, а особенно – «Могилу Господа нашего Иисуса Христа». С крупным пожертвованием царя Давида Строителя также связаны строительные работы в монастыре великомученицы Екатерины на Синае. В царствование его в Грузии были воздвигнуты десятки храмов и монастырей, создавались новые и расширялись старые города.

И в личной жизни царь Давид был истинным христианином.

День царя начинался с молитвы еще до рассвета и оканчивался глубокой ночью за чтением Библии. Когда он отправлялся на войну, то брал с собой походную церковь. Он присутствовал на Литургии каждый день и часто причащался.

Царь Давид часто повторял: «Как ни был бы занят человек, для книги у него должно найтись время».

Ничего столько не любил он, как чтение духовных писаний – это была его сладостная пища и любимое питие. Множество мулов и верблюдов вслед за ним носили в походах его книгохранилище. День и ночь во время частых своих походов, не сходя даже с коня, имел он в руках книгу. Тогда только оставлял он книгу, когда должен был сразиться с врагом. После ужина же, вместо того, чтобы уснуть или заняться другим делом, он опять читал. Когда же уставали глаза, заменял их ушами: слушал он чтеца, стоявшего перед ним, и не краем уха, а весьма внимательно.

Он всегда носил при себе кошелек, который с утра наполнял золотом, и тогда только был спокоен, когда к вечеру приносил его пустым; если же раздавал только половину или никого не встречал, со вздохом отлагал до рассвета остатки денег, говоря сам себе: «Несчастный грешник! Ничего не отдал я Господу Иисусу».

Одной рукой святой царь сокрушал врагов, другой подымал опрокинутое ими, и что всего достойнее удивления: он, который провел всю свою жизнь в тревогах ратных и, казалось, должен бы только уметь владеть мечом, был и величайшим богословом своего времени.

Царь Давид Строитель оставил «Канон покаянный», написанный словно кровавыми слезами и оканчивающийся следующими словами, явственно выражающими душу святого царя:

«Когда же настанет час скорбей и горестных воздыханий, исчезнут торжественное величие и почести царские, иссякнет радость, увянут цветники, другой примет скипетр, за другим последует войско, тогда помилуй меня, Судия мой!

Когда раскроется книга в День судный, и перед Тобой предстану я, преклонивший главу, и Ты, Владыка, будешь вершить праведный Суд, восстанет гнев Ангелов Твоих, праведники будут блаженствовать, грешники ввергнуты будут в огонь, тогда помилуй меня, Иисусе мой!»

Почувствовав приближение смерти, царь Давид Строитель составил духовное завещание, в котором, передавая управление страной своему сыну Димитрию, писал: «Ныне промыслом Правосудного Бога отзываюсь я, а на царство наследственное призывается он… Все совершил я силой Честного Животворящего Древа и ему вручаю это осчастливившее меня Знамение… Остался монастырь, усыпальница моя и костница детей моих, неоконченным, и уношу я с собой вечную тоску. Сын мой Димитрий пусть завершит его навеки для меня, для себя и моего потомства…»

В 1125 году, 24 января, совершив много великих деяний, в возрасте 53 лет, после тридцати шести лет царствования, почил вечным сном в Тбилиси святой благоверный царь Давид IV Багратиони, прозванный народом Строителем, царь всей Грузии, «царь абхазов, картвелов, кахов, ранов и армян, ширваншах и шахиншах всего востока и запада властвующий самодержец», потомок библейского царя Давида…

Останки Строителя Грузии были перенесены в монастырь Гелати.

Подобно царю и псалмопевцу Давиду, святой грузинский царь Давид Строитель сочетал в своей жизни мужество и непреклонность в борьбе с врагами отечества и кротость и смирение перед Богом, что отчетливо выразилось в последней воле великого грузинского царя: он завещал похоронить себя во вратах построенного им Гелати, чтобы каждый проходящий через них наступал на его могилу.

Благодарная Церковь Иверии вписала этого нового Давида в число царственных угодников Божиих, предводимых предком его, святым царем, пророком и псалмопевцем Давидом.

Из всех властителей Иверии не было лица более светлого, и до такой степени ярки лучи этого царственного светила, что они осияли вперед целое столетие, до последних дней славной его правнучки, святой царицы Тамары I Великой.

Да возрадуется сегодня вселенная, празднуя память светильника Церкви Православной, да восплещут руками все живущие по всей земле, да утешится православная Грузия великим поборником и славным защитником, ходатаем и верным заступником, великим Давидом.

Мы же, прося его защиты от врагов видимых и невидимых и теплого ходатайства пред Престолом Божиим, радостно воспоем ему:

«Радуйся, утешение Иверии; радуйся, защитник православия; радуйся, утвердитель благочестия народа твоего; радуйся, непоколебимая стена и утверждение Церкви Христовой; радуйся, премудрый душой и телом; радуйся, возлюбленный Богом и от Него по всей вселенной прославленный; радуйся, жизни нашей украситель, душ наших просветитель». Аминь.

Собор Баграта, место коронации святого царя Давида Строителя, Кутаиси

Монастырь Гелати

Изображение святого царя Давида Строителя в главном храме Гелати

Место погребения святого царя Давида Строителя в Гелати

С братией и трудниками Гелати