Память Сорока Севастийских мучеников

22 марта-память Сорока Севастийских мучеников

 40 севастийских мученников

         В этот день Православная Церковь вспоминает страдания сорока мучеников Севастийских. Это один из немногих праздников, который особо выделяется в Великом посту, потому что мы преклоняемся перед долготерпением этих людей.
Издревле, с самого времени их мученической кончины в 320 году, Церковь торжественно прославляла этих святых. Они приняли страдание за Христа перед самой победой христианства в Римской империи. Тогда уже был принят знаменитый Миланский эдикт, разрешающий свободу христианского вероисповедания, но были еще отдельные вспышки гонений перед той полной победой, когда христианство утвердилось во всей Римской империи. Так бывает: кончается война, и накануне победы кто-то принимает смерть.

Святые мученики были воинами — они с оружием в руках защищали свою страну, свою родину, свое государство. Как говорится в житии святых, они исполняли свое воинское служение весьма успешно и из многих сражений вышли победителями.
Но настал такой момент, когда перед ними поставили вопрос — что для них важнее — исполнение своего воинского и гражданского долга, или же исповедание Господа. И то и другое сочетать стало невозможно, потому что от них требовали отречения от Христа. И они выбрали веру Христову, они выразили готовность претерпеть тюремное заключение и пытки, несмотря на то, что они были воины и могли дать отпор, несмотря на то, что они свято исполняли свой долг перед государством и своими ближними. Но превыше этого долга для них стал Господь.

Из жития святых, мы узнаем, что в 313 году Святой Константин Великий издал указ, согласно которому христианам разрешалась свобода вероисповедания и они уравнивались в правах с язычниками. Но его соправитель Ликиний был убежденным язычником и в своей части империи решил искоренить христианство, которое значительно распространилось там. Ликиний готовился к войне против Константина и, боясь измены, решил очистить от христиан свое войско.
В то время в одном армянском городе Севастии одним из военачальников был Агриколай, ревностный сторонник язычества. Под его началом была дружина из сорока каппадокийцев, храбрых воинов, которые вышли победителями из многих сражений. Все они были христианами. Когда воины отказались принести жертву языческим богам, Агриколай заключил их в темницу.

Среди воинов были трое – Кирион, Кандид и Домн – особенно начитанные в текстах Священного Писания. Они понимали, какой вдохновляющей силой оно обладает, поэтому не уставали цитировать любимые тексты, чтобы поддержать дух остальных. А в шестом часу ночи узники услышали глас: «Претерпевший до конца, тот спасен будет». Это очень укрепило и воодушевило всех – грядущие мучения уже не казались такими страшными: сколь бы длительными они ни были, все равно они когда-нибудь кончатся, а впереди – если не дрогнуть – лишь вечная слава, сияющие венцы и царствование со Христом!
На следующее утро воинов вновь привели к Агриколаю. На этот раз язычник пустил в ход лесть. Он стал восхвалять их мужество, молодость и силу и снова предложил им отречься от Христа и тем снискать себе честь и расположение самого императора. Снова услышав отказ, Агриколай велел заковать воинов. Однако старший из них, Кирион, сказал: «Император не давал тебе права налагать на нас оковы». Агриколай смутился и приказал отвести воинов в темницу без оков.

Через семь дней в Севастию прибыл знатный сановник Лисий и устроил суд над воинами. Святые твердо отвечали: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога». Тогда Лисий велел побить мучеников камнями. Но камни летели мимо цели; камень, брошенный Лисием попал в лицо Агриколаю.
Мучители поняли, что Святых ограждает какая-то невидимая сила. В темнице воины провели ночь в молитве и снова услышали утешающий их голос Господа: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные».
На следующий день суд и допрос перед мучителем повторился, воины же остались непреклонны.

Стояла зима, был сильный мороз. Святых воинов раздели, повели к озеру, находившемуся недалеко от города, и поставили под стражей на льду на всю ночь.  Чтобы мучение это было еще тяжелей и сломить волю мучеников, неподалеку на берегу растопили баню, то есть, кто хочет спасти свою жизнь, должен отречься от Христа и идти греться в теплую баню.
В первом часу ночи, когда холод стал нестерпимым, один из воинов не выдержал и бросился бегом к бане, но едва он переступил порог, как упал замертво. Святые же мученики молили Господа укрепить их.
В это время вся охрана спала, кроме тюремного сторожа по имени Аглаий. Он слышал их молитвы и размышлял про себя, как это тот, прибежавший из холода в тепло, помер, а эти, на таком морозе стоя, еще живы.

В третьем часу ночи Господь послал отраду мученикам: неожиданно стало светло, лед растаял, и вода в озере стала теплой. Пораженный Аглаий внезапным ярким светом над озером увидел, что над головой каждого мученика появился светлый венец. И лишь один венец оставался висеть в воздухе. Аглаий насчитал тридцать девять венцов и понял, что бежавший воин лишился своего венца. Он был потрясен этим чудом и увидел в нем знак свыше: есть «лишний» венец. Число мучеников должно быть восполнено!
Он тут же разбудил остальных стражников и, срывая с себя одежду, прокричал: «Я тоже христианин!» – и присоединился к мученикам. Стоя в воде он молился: «Господи Боже, я верую в Тебя, в Которого эти воины веруют. Присоедини меня к ним, да сподоблюсь пострадать с Твоими рабами».
Так место отпадшего заступил римский воин Аглаий, вместе с другими он принял мученический венец, и святых воинов опять стало 40.

Наутро истязатели с удивлением увидели, что мученики живы, а их стражник Аглаий вместе с ними прославляет Христа. Тогда воинов вывели из воды и перебили им голени. Во время этой мучительной казни мать самого юного из воинов, Мелитона, убеждала сына не страшиться и претерпеть все до конца. Тела мучеников положили на колесницы и повезли на сожжение. Юный Мелитон еще дышал, и его оставили лежать на земле.
Тогда мать подняла сына и на своих плечах понесла его вслед за колесницей. Когда Мелитон испустил последний вздох, мать положила его на колесницу рядом с телами его святых сподвижников. Тела святых были сожжены на костре, а обуглившиеся кости брошены в воду, чтобы христиане не собрали их.

По прошествии трех дней Севастийскому епископу Петру во сне явились славные воины и попросили вынести их из реки. Епископ не стал медлить и, собрав верных людей, ночью пошел на берег. Найти останки мучеников оказалось нетрудно: кости святых сияли в воде, как звезды. Их собрали и торжественно перенесли в храм. С тех пор Церковь чтит память святых страстотерпцев, имена которых она бережно сохранила.
Это: Кирион, Кандид, Домн, Исихий, Ираклий, Смарагд, Евноик, Валент, Вивиан, Клавдий, Приск, Феодул, Евтихий, Иоанн, Ксанфий, Илиан, Сисиний, Ангий, Аетий, Флавий, Акакий, Екдит, Лисимах, Александр, Илий, Горгоний, Феофил, Дометиан, Гаий, Леонтий, Афанасий, Кирилл, Сакердон, Николай, Валерий, Филоктемон, Севериан, Худион, Мелитон, Аглаий.
С тех пор по всему миру стала почитаться память этих мужественных воинов Христовых.
«Радуйтеся, святии четыредесяте мученицы Севастийстии, преславнии чудотворцы»

В день памяти мучеников схиигумен Авраам (Рейдман), духовник Ново-Тихвинского монастыря в г. Екатеринбурге в своей проповеди сказал, что «в Православной Церкви существуют разнообразные традиции. Например, в России, иных святых называют мучениками, иных – преподобными, иных – святителями, а в Греческой Церкви всех их именуют просто святыми.
Тех, кто пострадал за Христа, мы обычно называем мучениками или страстотерпцами, греки же, по древнейшей традиции, называют их свидетелями, потому что считают, что человек, который вытерпел такие мучения, показав необыкновенное, сверхчеловеческое мужество, является свидетелем истинности православного вероучения, Православной Церкви.

Чем еще, как не своей жизнью, мы можем доказать свою правоту? Если бы мы пустились в какие-то исследования, споры и диспуты, оказались бы в них победителями, превзойдя всех своим умом, но проявили бы малодушие на деле, то тем самым показали бы, что мы сами не убеждены или что наши убеждения – обычные, человеческие, которыми от страха или от каких-либо скорбей мы можем поступиться из чувства самосохранения. Потому-то мучеников и называли свидетелями: они самой своей жизнью и подвигом доказали убедительнее любых апологетов и богословов, что истина в христианстве.
Что же помогло им это сделать? Что было в них такого, чего нет в нас? Сама история дает нам объяснение, в особенности история страданий сорока мучеников Севастийских. Мы видим, что, после того как они показали свое долготерпение, вдруг появился сверхъестественный Божественный свет, осиявший их и даже согревший воздух.

Но главное – не то, что согрелись воздух и вода, в которой находились мученики, но то, что благодать Божия, этот Божественный свет проник в их души, в их сердца и как бы воссиял внутри них самих, тем самым сделав их способными к сверхчеловеческому мужеству. Благодать Божия дала им силы вытерпеть то, что превышает возможности не только обыкновенного человека, но даже и какого-нибудь особенно твердого духом и, как бы мы сейчас сказали, сильного волей человека.
Именно благодать Божия делает нас способными совершить нечто сверхъестественное. Она помогает нам вытерпеть все скорби, которые враг наш, диавол, уготавливает нам, чтобы заставить свернуть с истинного пути. Иногда это действительно страшные скорби, какие постигли, например, мучеников Севастийских или новомучеников и исповедников Российских, пострадавших в недавнее время.

Но иногда диавол незаметно мелкими скорбями и неприятностями, не требуя от нас явного отречения от Христа, тем не менее, заставляет нас вести себя не по-христиански. Мы же, недооценивая значения этих как будто бы незначительных происшествий, много и часто погрешаем – и на деле, как это ни прискорбно, как это ни страшно звучит, являемся отступниками.
Мы постоянно предаем евангельские заповеди, вменяя их ни во что, однако почему-то думаем, что если бы на нашу долю выпало какое-нибудь особенное испытание, вроде того, какое пришлось вытерпеть сорока мученикам Севастийским, то мы проявили бы твердость, потому что сознавали бы, что здесь речь явно идет о спасении или погибели, об исповедании Христа или отречении от Него.

Но многих диавол искушает именно мелочами – мелкими, ничтожными, незначительными происшествиями, легкими скорбями, маленькими соблазнами. Мы же не заботимся о том, чтобы в нас всегда была благодать Божия, не приобретаем ее усиленной молитвой, покаянием и тщательным исполнением своего христианского долга, то есть участием в богослужениях, постами и так далее. Мы пренебрегаем понуждением себя к исполнению заповедей, пребываем в нерадении, небрежении и беспечности.
Таким образом, мы теряем ту благодать, которую получили в Таинстве Крещения, которую получаем в Таинствах Исповеди и Причащения, и потому оказываемся безсильными перед безчисленными кознями диавольскими. Сейчас они мелкие, но кто знает, что будет завтра?

Вспомним хотя бы сравнительно недавнее, с точки зрения истории, время. До семнадцатого года Россия была благополучной и богатой великой страной, в которой люди жили безбедно, в том числе духовенство и монашество. Россия процветала и через какие-нибудь полтора десятка лет, по прогнозам Петра Аркадьевича Столыпина, обещала стать великой державой, в экономическом отношении, может быть такой же, как сейчас Соединенные Штаты Америки.
Однако люди впали в беспечность, стали в мелочах пренебрегать евангельскими заповедями и лишились благодати Божией. Господь попустил страшному общественному бедствию охватить нашу страну. И те самые люди, которым казалось, что они живут в христианской стране, которые считали себя христианами уже потому, что вроде бы не совершали никаких тяжких грехов, а если в чем и согрешали, то каялись, – проявили малодушие и немощь, предали своего Государя, свою Родину, предали Православную Церковь.

Многие и многие повели себя предательски по отношению к своим близким. Многие во время гонений отступили от Церкви, иные отреклись от священного сана – не только священники, но и монашествующие, и епископы. Конечно, было много мужественных людей, исповедников и мучеников, но еще больше было людей малодушных. Они не смогли вытерпеть испытаний по той причине, что не имели благодати Божией, в стяжании которой, по словам преподобного Серафима Саровского, состоит цель христианской жизни.
Действительно, мы заботимся о приобретении имущества, о благополучии своем и своих близких – считаем это своим долгом. Но почему же мы с небрежением относимся к стяжанию благодати Божией? Почему сами делаем себя беззащитными и пустыми?

Своими собственными немощными и ограниченными человеческими силами мы, естественно, не можем противостоять всем тем соблазнам и скорбям, которые диавол воздвигает на Православную Церковь.
А Церковь – это мы с вами, это не стены храма, не иерархия, не церковная администрация. Православная Церковь – это каждый православный человек, кем бы он ни был – мирянином ли, монахом ли, священником или епископом. И если диавол воздвигает на Церковь такие гонения, которые Сам Спаситель сравнил с вратами адовыми (Мф.16,18), то как же мы должны бодрствовать и трезвиться!

Как должны заботиться о стяжании сверхъестественной Божественной помощи, чтобы устоять против всего, что воздвигает на нас диавол, желая отторгнуть от Церкви и погубить! Ведь пока мы в единстве с Церковью, ничто не может нас победить.
Вот чем отличаются мученики от всех прочих людей. И мученики IV века, как пострадавшие в Севастийском озере воины, и мученики XX века, страдавшие в лагерях и ссылках, и те, кому дробили кости молотами, и те, кого расстреливали из револьверов и наганов, – все они имели одинаковое преимущество перед нами: они имели благодать Божию. Вот что ставит человека выше его собственного естества.

Не будем же проявлять нерадение и успокаивать себя тем, что сейчас у нас все хорошо. Мы не знаем, какое испытание ждет каждого из нас. Может быть, нас будут искушать такие соблазны, что мы предпочтем лучше заболеть какой-нибудь неизлечимой болезнью, пострадать телом, лишь бы только наша душа не поддалась тому греховному влечению, которому мы не имеем сил противостоять.
Итак, не будем беспечны, будем молиться день и ночь, будем стараться изо всех сил и все время понуждать себя, чтобы нам быть с Богом, с благодатью Божией. Господь видит наше произволение, видит наше сердце. За наше смирение, покаяние и понуждение себя Он сохранит нас от всех скорбей духовных и телесных.
Это не значит, что мы будем жить безбедно и благополучно, – Господь подаст нам твердость, мужество и веру, чтобы во время искушений мы смогли вести себя как истинные христиане. Аминь».

Храм Сорока Севастийских мучеников расположен в Москве недалеко от Новоспасского монастыря: улица Динамовская, дом 28.
В 1640 году здесь, на Таганке, государь Михаил Федорович Романов, первый царь этой прославленной династии, определил, что здесь будут жить каменщики — строители стен монастыря и монастырского Спасо-Преображенского собора.
Когда работы по строительству закончились, каменщики никуда не уехали и осели здесь, на Таганке. Именно их ремесло дало название двум соседним улицам — Большие и Малые Каменщики. А вскоре, в 1645 году, недалеко от входа в обитель вырос новый храм — Сорок  Севастийских мучеников.

СВЯТИИ МУЧЕНИЦЫ СЕВАСТИЙСТИИ, МОЛИТЕ БОГА О НАС.

Источник:

Пренебрегая исполнением заповедей, мы отрекаемся от Христа

Пренебрегая исполнением заповедей, мы отрекаемся от Христа


http://ekklezia.ru/raznoe/sudbyi-bozhi/1483-sorok-sevastiyskih-muchenikov.html
http://bgsobor.ru/mart-2014-goda/109-22-marta-2014-goda-pamyat-soroka-muchenikov-sevastijskikh
http://days.pravoslavie.ru/Life/life598.htm
http://www.brooklyn-church.org/podvig-soroka-muchenikov-sevastijskix.html
http://pravznak.msk.ru/group_discussion_view.php?group_id=16&grouptopic_id=6833