«Если б люди знали, как они прекрасны…» Митрополит Алма-Атинский и Казахстанский Иосиф (Чернов; 1893 – † 1975)

Век ХХ – эпоха невиданных прежде (даже в общечеловеческом масштабе) духовных катастроф, революционных смятений, гражданских и мировых воин. Последуя Христу, Православная Церковь России взошла в ХХ веке на свою Голгофу, день за днем, год за годом распинаемая новой богоборческой властью.

«Беспощадное революционное время поставило Православную Церковь – нравственную опору закона – вне закона и обрекло ее на бесправное положение, угнетение и уничтожение. Распоряжениями советской власти были закрыты все духовные учебные заведения, ликвидированы церковные издательства, запрещено религиозное образование, прекращены все виды общественного служения Церкви и участие ее в народной и государственной жизни.

Наступление большевиков на Церковь было ознаменовано ее полным ограблением (в том числе и так называемым «изъятием» ее ценностей), закрытием и разрушением святых храмов, разорением и поруганием русских национальных святынь, гибелью бесчисленных и ценнейших памятников церковного творчества… Но самым драматическим явлением в жизни Русского отечества и его Церкви после 1917 года следует считать обрушившуюся на церковную иерархию и верующий народ волну массовых жестоких репрессий, унесших жизни миллионов наших соотечественников. В условиях беспрецедентных в истории притеснений, преследований и гонений многочисленные сонмы святителей, священников, монашествующих и простых русских людей явили высоту, величие и благородство христианского религиозного духа и запечатлели свою верность Христу праведной мученической кровью» (Патриарх Московский и всея Руси Алексий II).

Начиная с 1917 года, вся Церковь в целом приняла на себя невиданный доселе удар: Небесный полк мучеников-страстотерпцев начал пополняться отныне тысячами и тысячами воинов Христовых.

С самого начала большевики стали зверски уничтожать православных. Нравственное одичание революционных масс достигло немыслимых форм.

Вот некоторые примеры: архиепископ Тобольский Гермоген был привязан к лопастям колесного парохода… Епископа Свияжского Амвросия замучили, привязав к хвосту лошади… Посаженный на кол, в Самаре погиб епископ Михайловский Исидор (Колоколов)… Епископа Платона Ревельского, обливая водой на морозе, обратили в ледяной столб… Епископ Соликамский Феофан (Ильменский) с семью иеромонахами был спущен ночью вниз головой в прорубь, причем замерзшие края прорубной ямы пробивали плечами и телом епископа…

Христиан распинали (три священника, например, были распяты на крестах в 1918 году в Херсоне), топили с привязанными к ногам камнями, снимали с несчастных скальпы, тела их рубили топорами на куски.

Таких злодейств Русь не знала даже в нашествие Мамая!

Подобные зверства по отношению к верующим и массовые убийства священства явились отнюдь не «излишествами» в политике новой власти или ее тактическими ошибками (как тогда говорили – «перегибами»), но сознательными преступлениями, вполне логично и естественно вытекавшими из сатанинской идеологии коммунизма. Ведь тогда казнили не только служителей Бога, но готовы были казнить и Его Самого (хотя бы в виде «идеи»): как известно, 30 января 1923 г. состоялся один из самых вопиющих трагикомических фарсов воинствующего безбожия – по инициативе и в присутствии коммунистических наркомов Троцкого и Луначарского было инсценировано заседание революционного трибунала для вынесения смертного приговора Самому Богу!

Многих из духовенства зверски убивали, но еще большее число зверски мучили всю жизнь. Многие святители долгие годы «путешествовали» из лагеря в лагерь, из ссылки в ссылку, и лишь единицы вернулись из кругов этого бесконечного земного ада, чтобы до конца своей жизни нести исповеднический крест.

Одним из таких исповедников Православия на Казахстанской земле был владыка митрополит Иосиф.

Митрополит Алма-Атинский и Казахстанский Иосиф (в миру Иван Михайлович Чернов) родился 2/15 июня 1893 г. в Могилеве-на-Днепре. Через три года он осиротел. Мать его Евдокия скончалась, и отец Михаил, занимавший одну из низших военных должностей, вынужден был брать сына с собой в казармы, где преимущественно среди солдат проходило детство мальчика. Временами он ходил с сыном в храм. Четырехлетним ребенком Иван полюбил Божественную службу, с детской любознательностью вникал в детали церковного богослужения. Характерен такой случай: однажды за Литургией, во время Херувимской песни, после великого входа, когда Царские врата закрыли и задернули завесу, он взбежал на амвон и, встав на колени, стал заглядывать под Царские врата в алтарь, с удивлением разглядывая, что там делают. Никто не бранил его, лишь после службы священник заметил отцу: «Вот ваш Ваня в алтарь хочет попасть».

Собирая вокруг себя уличных мальчишек, Ваня представлял с ними в детских играх почти все, что видел в церкви.

Ребенок подрастал, и его определили на службу в магазин, где он должен был разливать вино и мыть посуду.

В те годы из мужского монастыря в г. Могилеве совершали крестные ходы с чудотворной иконой Божией Матери «Белыничской». Ваня со своими сверстниками выбегал на дорогу, чтобы цветами осыпать путь Богоматери. Тогда-то в семилетнем мальчике пробудилось горячее желание уйти в монастырь, где находилась названная икона.

Заветная мечта осуществилась лишь девять лет спустя, в 1910 году, когда родные благословили шестнадцатилетнего юношу в Белыничский монастырь. Осуществлению желания будущего подвижника содействовали усердные молитвы Вани к преподобной Евфросинии, игумении Полоцкой, по благословению которой он и вступил на иноческий путь.

Переступив порог монастырского храма, он со слезами припал к Белыничской иконе Божией Матери и просил: «Матерь Божия, возьми меня в монастырь! Слушать буду, работать буду, молиться буду».

В то время настоятелем Белыничской обители Рождества Пресвятой Богородицы был архимандрит Арсений (Смоленец; † 19.02.1937 в сане архиепископа Семипалатинского), очень образованный человек. Испытав ревностного юношу на различных монастырских послушаниях, архимандрит Арсений приметил в послушнике большие дарования, чистоту, любовь к молитве, смирение и трудолюбие. Получив назначение на епископскую кафедру, он пригласил Ваню с собой. С тех пор жизнь Ивана Чернова была связана неразрывными узами с жизнью епископа Арсения: он не разлучается с владыкой в Пятигорске, Твери, Таганроге, Ростове-на-Дону. От своего духовного отца, настоятеля и мудрого архиерея, юный подвижник воспринял общее и богословское образование и дух церковности.

Иван с большим усердием и настойчивостью овладевал знаниями. Нередко, утомленный, он засыпал над книгами. Его любознательность простиралась на все области знаний. Он изучил все творения святого Иоанна Златоуста, преподобного Симеона Нового Богослова и многих других святых отцов и учителей Церкви…

Епископ Арсений возводил Ваню и в степени священного служения. На Воздвижение Честного и Животворящего Креста Господня, 14/27 сентября 1912 г., в Тверском Отрочем монастыре владыка совершил хиротонию своего ученика во иподиакона, 6/19 февраля 1918 г., в Неделю о блудном сыне, в городе Таганроге постриг его в монашество с именем святого праотца Иосифа Прекрасного. Вскоре, 11/24 февраля, владыка Арсений рукоположил монаха Иосифа во иеродиакона.

29 августа 1920 г. в Таганроге иеродиакон Иосиф был рукоположен владыкой Арсением во иеромонаха. Через два года – после непрерывного совершения благоговейным иеромонахом тысячи служб – владыка Арсений возложил на него наперсный крест, а еще через два года, 26 декабря 1924 г., возвел его в сан игумена.

В Таганроге игумену Иосифу приходилось вести борьбу против обновленцев, которые захватили все храмы города, кроме одного Никольского собора, где служил и проповедовал отец Иосиф с преданным Православию духовенством. Когда народ понял, что имеет дело с раскольниками и предателями Православия, обновленческие храмы опустели, а Никольский собор не мог вместить всех молящихся. По навету обновленцев игумен Иосиф в 1925 году был арестован органами ГПУ и осужден на 2 года лишения свободы. Свой первый срок он отбывал в Коль-Ёле, в Коми области.

По освобождении из лагеря в 1927 году, на Благовещение, архиепископ Ростовский Арсений возвел игумена Иосифа в сан архимандрита с назначением в г. Таганрог к храму святителя Николая.

Двадцать седьмого ноября 1932 г. по указу митрополита Нижегородского Сергия архимандрит Иосиф хиротонисан архиепископами Дмитровским Питиримом (Крыловым; с 1937 г. в заключении), Ростовским Николаем (Амасийским; † 1945), Назарием (Блиновым; с 1928 г. на покое), управляющим Челябинской епархией, и епископом Барнаульским Александром (Белозером; † 1932) во епископа Таганрогского, викария Ростовской-на-Дону епархии.

Третьего февраля 1933 г. епископ Иосиф был назначен временно управляющим Донской и Новочеркасской епархией. Он был тогда в Ростовской области единственным оплотом православия, удерживавшим свою паству от обновленческого раскола.

В конце Рождественского поста 1935 года епископ Иосиф был вновь арестован и осужден на 5 лет лагерей «за антисоветскую агитацию и связь с архиепископом Арсением (Смоленцом)». Для отбытия наказания владыка был направлен в Ухто-Ижемские лагеря Коми АССР.

В декабре 1940 г. епископ Иосиф был освобожден из лагеря и направлен на старое место жительства в г. Таганрог. По пути заехал в Москву к Блаженнейшему Митрополиту Московскому и Коломенскому Сергию (Страгородскому; † 14.05.1944), которому рассказал о своей жизни в лагерях. Однако назначения на Таганрогскую кафедру он не получил, так как в то время все храмы Таганрога были уже закрыты. Владыка решил устроиться на работу в госучреждение. «Но любимые мои власти, – вспоминал владыка, – велели мне в течение суток из Таганрога выехать. И мне пришлось уехать в Азов».

С 6 ноября 1943 г. по 12 января 1944 г. находился в гестаповской тюрьме на оккупированной немцами территории.

После освобождения из гестаповской тюрьмы владыка Иосиф проживал в Умани, ожидая назначения на вакантную кафедру. В это время епископ Иосиф был членом комиссии по расследованию зверств немцев. Патриарх Московский и всея Руси Сергий (Страгородский) вел переговоры по этому вопросу с председателем Совета по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР Г.Г. Карповым.

Из записи беседы Г.Г. Карпова с Патриархом Московским и всея Руси Сергием:

«4 мая 1944 г. в Совете по делам Русской Православной Церкви при СНК СССР был принят председателем Совета тов. Карповым Г.Г. Патриарх Московский и всея Руси Сергий по просьбе последнего…

Во время беседы были затронуты следующие вопросы:

7.з) Сергий поднял вопрос о возможности назначения на какую-либо епархию епископа Иосифа Чернова, ныне проживающего в Умани, от которого Сергий получил два письма, представленных Совету.

Тов. Карпов указал, что он считает преждевременным сейчас решать вопрос о Чернове, но считает возможным вызов Чернова в Московскую Патриархию».

В том же 1944 году Патриархом Сергием был вызван в патриархию. Но доехал на автомашине только до Киева, где был арестован органами НКВД и препровожден в Москву. Во время следствия его допрашивали, пытаясь узнать, как он остался в живых, поскольку в немецких списках числился как расстрелянный. Его объяснению не поверили и отправили в Ростов, где в течение двух лет он находился в тюрьме «за связь с немцами». В 1946 году приговорен к 10 годам лагерей и направлен в ЧЕЛЯБЛАГ, откуда 25 апреля 1948 г. переведен в особый лагерь МВД – КАРЛАГ. В автобиографии митрополит Иосиф писал: «И уходя не раз в ИТЛ, я ободрял в пути товарищей своих: «Служим родине и за проволокой»».

В 1954 году освобожден из КАРЛАГа и этапирован в ссылку в поселок Ак-Кудук Кокчетавской области.

Шестого апреля 1956 г. епископ Иосиф был «освобожден от дальнейшего нахождения в ссылке на основании приказа Генерального Прокурора СССР и КГБ при СМ СССР».

Двадцать второго ноября 1956 г. Патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Симанский; † 17.04.1970) назначил епископа Иосифа в г. Петропавловск викарием Алма-Атинской епархии.

Восемнадцатого марта 1957 г. образована самостоятельная Петропавловская епархия, и епископ Иосиф был назначен управляющим с титулом «Петропавловский и Кустанайский».

Двадцать пятого февраля 1958 г. Патриархом Московским и всея Руси Алексием I возведен в сан архиепископа.

С 15 сентября 1960 г. назначен на Алма-Атинскую кафедру. Решением Священного Синода Петропавловская епархия была ликвидирована с передачей всех храмов Алма-Атинско-Казахстанской епархии.

В одной из справок, направленной в Совет по делам религий, уполномоченный СДР при Совете министров КазССР С. Вохменин в 1961 году писал: «Первое время (1957-1958 гг.) в его церковной деятельности наблюдалась некоторая активизация, в частности имели место случаи привлечения молодежи для прислуживания во время архиерейской службы. Для налаживания церковной жизни делал частые выезды по областям. В 1958 году от патриархии добился денежной помощи для церквей своей епархии. Поощрял служителей культа, которые проявляли особую церковную активность по благоустройству церковных зданий, не вникая в вопросы законности приобретения ими строительных материалов».

В 1963 году архиепископу Иосифу был дарован крест на клобук и орден святого равноапостольного князя Владимира I степени.

Двадцать пятого февраля 1968 г., в день празднования Иверской иконе Божией Матери и памяти святителя Алексея, митрополита Московского, Патриарх Московский и всея Руси Алексий I возвел архиепископа Иосифа в сан митрополита.

Вот какие воспоминания о митрополите Иосифе оставил архиепископ Брюссельский и Бельгийский Василий (Кривошеин; † 1985):

«Лично я впервые встретился с митрополитом Иосифом на Соборе 1971 года при избрании патриарха Пимена. Но еще до этого, в так сказать «предвыборный период», когда я был в Москве в октябре 1970 года, мне много пришлось слышать рассказов о митрополите Иосифе, в частности, как об одном из возможных кандидатов в патриархи. Говорили, будто бы алма-атинский уполномоченный по делам религий предлагал ему: «Выставляйте Вашу кандидатуру в патриархи, мы Вас поддержим!» На что митрополит Иосиф ответил: «Мне вашей поддержки не надо!» Впоследствии мне рассказывали, что большая группа духовенства и верующих во главе с бывшим настоятелем патриаршего собора в Москве протоиереем о. Иоанном Потаповым обратилась к митрополиту Иосифу с письмом, подписанным почти двумя тысячами лиц, с настоятельной просьбой не отказываться ради блага Церкви от избрания в патриархи, добавляя, что в противном случае он ответит пред Богом на Страшном Суде. Но митрополит Иосиф продолжал отказываться. Однако среди московского духовенства наиболее распространено было следующее мнение: «Да, конечно, митрополит Иосиф хороший архиерей, стойкий, энергичный, святой жизни. Но для патриарха он не подходит. Ему 80 лет (на самом деле было 78), а, кроме того, он был под немецкой оккупацией и сидел в лагерях, этого власти не любят».

Как личность митрополит Иосиф производил впечатление жизнерадостного человека, склонного пошутить и даже поюродствовать. Конечно, возраст чувствовался, и видно было, что он много пережил, однако в нем не было ничего сломленного, трагического, жуткого даже, что можно иногда видеть у лиц, много лет просидевших в лагерях. В нем можно было видеть редкое сочетание старца и юродивого в лице архиерея Церкви Христовой. Эта склонность «поюродствовать» даже рассматривалась некоторыми как одна из причин, почему владыка Иосиф не подходит для патриарха. «Посмотрит он на вас, – рассказывал мне о нем один видный и культурный архиерей, – и вдруг неожиданно скажет: «А глаза-то у Вас светлые-светлые…» Для патриарха это неудобно»».

В 1972 году, в связи с 40-летием архиерейского служения, во внимание к усердному служению Церкви Божией, Патриарх Московский и всея Руси Пимен (Извеков; † 3.03.1990) даровал митрополиту Иосифу право ношения двух панагий.

Пересматривая прожитую жизнь, владыка Иосиф вспоминал все основные вехи своего жизненного пути: годы служения и годы заключения, годы радости и годы печалей и страданий. Он писал:

«Родился 1893 г.

Монастырь 1910 г.

Иподиаконство 1912 г.

Монашество и иеродиаконство 1918 г.

Иеромонашество 1920 г.

Набедренник 1921 г.

Наперсный крест 1922 г.

Игуменство 1924 г.

Архимандритство 1927 г.

Епископство 1932 г.

Смерть…?

По мирскому выражению «карьера».

Смирение:

1925 г. – 2 г.

1935 г. – 5 г.

1944 г. – 10 г.

1954 г. – 2 г.

мелочь – 1 г.

Итого ?

От нечегоделания в настоящую ночь сделал подсчет».

Последнее богослужение митрополит Иосиф совершил в день погребения Божией Матери, в пятницу, 29 августа, вечером. Обнося плащаницу вокруг собора, владыка сказал: «Вот-вот и мое скоро наступит успение».

И оно действительно наступило скоро…

Четвертого сентября 1975 г. в городе Алма-Ате на 83 году жизни митрополит Алма-Атинский и Казахстанский Иосиф закончил свой земной путь.

Отпевание почившего владыки Иосифа совершил архиепископ Ташкентский и Среднеазиатский Варфоломей (Гондаровский; † 1988).

Будем верить, что ушло в прошлое и уже не вернется (во всяком случае, до эпохи грядущего апокалипсиса, ибо слово Божие непреложно!) времена гонений на Церковь, времена воинствующего атеизма. Однако нам предстоит пройти нелегкий путь, где от каждого потребуется не только личное покаяние, но и большая нравственно-созидательная работа.

«Этот труд, все мы знаем, не будет ни коротким, ни легким, но молитвами святых мучеников и угодников Божиих, просиявших в земле Русской, верю, он не будет бесплодным» (Патриарх Московский и всея Руси Алексий II).

Настоящее жизнеописание составлено на основе некролога, написанного секретарем Епархиального управления, настоятелем Никольского кафедрального собора г. Алма-Аты протоиереем Стефаном Теодоровичем († 1983) и настоятелем Казанского храма г. Алма-Аты священником Борисом Ивановым († 1999), дополнено сведениями из истории Русской Православной Церкви ХХ века.

Архимандрит Иосиф (Еременко),

2003 год